Shelob_ungoliant (shantramora) wrote,
Shelob_ungoliant
shantramora

Category:

Почему у зебр не бывает язвы, глава 6_2


Стресс в ранний период жизни
Возникает закономерный вопрос: может ли постнатальный стресс повлиять на всю дальнейшую жизнь и развитие ребенка?
Конечно может. Что является самым большим стрессом для маленькой крысы? Отсутствие матери (даже при достаточном питании). Согласно исследованиям, отлучение от матери крысят приводит к таким же последствиям, что и пренатальный стресс: повышенный уровень глюкокортикоидов во время стресса и снижение способностей к восстановлению впоследствии. И далее - повышение тревожности и такие же изменения в миндалевидном теле, как и у переживших пренатальный стресс животных. Ухудшается развитие отделов мозга, отвечающих за память и обучение.
Отлучите от матери маленькую макаку-резус и у нее также будет повышенный уровень глюкокортикоидов, когда она вырастет.

А как насчет задачки посложнее? Что если крыса-мама на месте, просто она не уделяет внимания детенышу?
Майкл Мини и его коллеги из Университета Макгилла в Канаде исследовали эту проблему как раз на примере крыс. Какие последствия на развитие детеныша оказывает материнская заботливость или невнимание матери? Внимание и заботливость у крыс проявляются как вылизывание и уход. Детеныши, чьи нерадивые матери редко вылизывали их и не проявляли материнскую заботу, развиваются примерно таким же образом как те, которые были лишены матери, у них также повышается уровень глюкокортикоидов.*
*Ладно, это исследование показывает, как важно быть хорошо вылизанным младенцем, если ты крысенок. Но что именно является эквивалентом для людей? Будет ли стресс, перенесенный в детстве, влиять на уязвимость к заболеваниям во взрослой жизни? Изучение этого вопроса сталкивается с вполне очевидными трудностями, так что данные по людям минимальны. Ряд исследований показывает, что потеря одного из родителей повышает риск депрессии. В других показано, что травма в раннем детстве является фактором риска по синдрому раздраженного кишечника во взрослом возрасте, и исследования на животных показывают, что стресс в раннем детстве приводит к тому же результату – у взрослого животного кишечник в ответ на стресс сокращается активнее.

Хотя вопрос пока еще изучен недостаточно хорошо, но по идее, стресс, перенесенный в детстве, может послужить основанием для развития во взрослой жизни тех заболеваний, о которых мы здесь говорим. Например, у детей из детдомов прослеживается взаимосвязь – чем дольше ребенок оставался в приюте, тем выше его базовый уровень глюкокортикоидов. У детей, переживших плохое обращение, также повышен уровень глюкокортикоидов, кроме того сокращается размер и активность лобной доли коры больших полушарий мозга.

Рост скелета и карликовость, вызванная стрессом.
Влияет ли стресс на рост? Рост – хорошая штука, когда вам 10 лет и вы засыпаете в своей кровати, предварительно плотно поужинав. Но в нем нет особого смысла, когда надо убегать от льва. Если в такой момент нет возможности извлекать питательные вещества из обеда, то процесс роста уж точно не даст никаких преимуществ.
Чтобы разобраться, как стресс может подавлять рост костей, давайте рассмотрим довольно экстремальный случай. Скажем, ребенка лет 9 привели к доктору, потому что он перестал расти. Никаких явных проблем нет – питание нормальное, явных симптомов заболеваний тоже нет, отсутствуют паразиты, которые могли бы конкурировать за питательные вещества, поступающие с пищей. Никаких органических проблем вроде бы нет; тем не менее, ребенок не растет. Во многих случаях, это означает, что он переживает серьезный стресс – эмоциональную депривацию или плохое обращение.  В подобных обстоятельствах может произойти психологическая задержка роста, или психологический или психогенный дварфизм.*
В этот момент у читателей, чей рост ниже среднего, обычно возникает очевидный вопрос. Если вы, будучи ребенком, не страдали хроническими заболеваниями, но можете припомнить очень стрессовый период, являетесь ли вы жертвой психологического дварфизма? Например, работа ваших родителей требовала частых переездов, и каждый год вы меняли место жительства, покидая своих друзей и школу. Будет ли подобная ситуация причиной психологической задержки роста? Определенно нет. А как насчет более драматичной ситуации? Скажем, тяжелый развод родителей? Вряд ли.
Этот синдром чрезвычайно редок. Это могут быть дети, над которыми непрерывно издевался чокнутый отчим. Это дети, которых, когда полиция или социальные службы взламывают дверь, находят запертыми в кладовке на продолжительный период времени, а еду им просовывали под дверь. Это результат воздействия чудовищно извращенной психики.

*Клиническая номенклатура: «синдром материнской депривации», «синдром депривации» и «задержка развития неорганического генеза», обычно относится к младенцам и детям до года, потерявшим мать. А синдромы отставания в росте обычно характеризуют детей около 3х лет и старше. Но иногда не делается подобного различия, в 19м веке отставание в развитии, являвшееся причиной смерти младенцев в детских домах, называлось «маразмом», от греч. «истощение».

Такие дети часто появляются в учебниках по эндокринологии, стоя голышом на фоне измерителя роста. Чахлые малыши, на годы отставшие от своих ровесников как в росте, так и в умственном развитии, в синяках, перекошенные, с испуганным выражением лица, с глазами, закрытыми черным прямоугольником, как полагается в медицинских учебниках. И за каждым из них стоит история, от которой перехватывает дыхание и закрадывается мысль о том, что человеческий разум изначально болен.
И неизменно на той же самой странице мы видим второе фото – тот же ребенок несколько лет спустя, после жизни в нормальном окружении. Никаких синяков, может, робкая улыбка. И намного выше. Если стрессор исчез до того, как вступило в полную силу половое созревание (когда окостеневают зоны роста и рост прекращается) есть потенциал для того, чтобы догнать сверстников в росте (хотя все же некоторое отставание в росте и развитии, скорее всего, сохранится на всю жизнь).

Несмотря на сравнительную редкость отставания в росте, вызванного стрессом, в истории известны подобные примеры. Например последствия одного эксперимента в 13 в, когда король Сицилии Федериго II (известный эндокринолог, да) захотел разрешить философский вопрос – какой язык является естественным и изначальным для человека – иврит, греческий или латынь. Король придумал довольно изощренный способ проверки: нескольких младенцев поместили в комнаты поодиночке. Каждый день им приносили еду и одежду – все наилучшего качества. Но играть и разговаривать с детьми, или как-то прикасаться к ним запрещалось – чтобы ребенок случайно не заговорил на языке человека, который его обслуживал. Дети должны были расти, не слыша человеческой речи, так чтобы в итоге стало ясно, какой же из языков является изначальным и естественным для людей.
Конечно, дети не выбежали однажды из своих комнат, цитируя поэмы на латыни или распевая оперы. Дети вообще не выбежали из комнат. Никто из них не выжил. Сейчас нам ясно, почему так произошло – для роста и развития недостаточно просто еды и теплой одежды. Федериго «трудился напрасно, дети не могли выжить без заботливых рук, одобрения и поддержки», сообщает хронист Салимбени.

Вполне вероятно, что эти дети, хотя их хорошо кормили и одевали, умерли от «задержки развития неорганического генеза».* Другое часто цитируемое исследование показывает примерно те же закономерности. Субъект «эксперимента» - дети, воспитанные в двух разных немецких приютах во время Второй мировой войны. Оба приюта были государственные – это важный момент, показывающий, что дети получали одинаковое питание, медицинское обслуживание и т.д. Основное различие было в руководстве. В первом приюте директором была фройляйн Грюн, женщина, по описаниям, материнского типа, которая играла с детьми, утешала и заботилась о них, пела и смеялась с ними. Директором другого приюта была фройляйн Шварц, человек, который явно занимался не своим делом. Она выполняла свои обязанности, но старалась минимально контактировать с детьми; резко критиковала и ругала их, обычно публично, перед группой сверстников. Скорость роста в обоих приютах была совершенно разной.

*Товарищ Федериго Сицилийский был довольно-таки разносторонним ученым. Однажды его заинтересовала проблема пищеварения. Фередиго задумался, при каких условиях пища переваривается быстрее – во время отдыха или при нагрузке. Он извлек из тюрьмы двух заключенных, обоих накормили одинаково роскошным обедом и отправили одного спать, а второго – на требующую полной выкладки охоту. После завершения первой фазы эксперимента обоих пленников вернули ко двору и в присутствии короля вспороли животы. По результатам осмотра внутренностей, король пришел к выводу, что во время отдыха еда усваивается лучше.

Скорость роста в двух немецких приютах. В течение первых 26 недель исследования, скорость роста в приюте А, под руководством фройляйн Грюн, была гораздо выше, чем в приюте В, со строгой фройляйн Шварц. На 26й неделе фройляйн Грюн покинула приют А и ее заменила фройляйн Шварц. Скорость роста в этом приюте быстро замедлилась; а рост в приюте В, в отсутствие строгой фройляйн Шварц, быстро ускорилась и скоро перегнал показатели в приюте А. Интересные дополнительные заключения позволяет сделать тот факт ,что фройляйн Шварц не была полностью бессредечной, у нее был ряд любимчиков, которых она забрала с собой.

Подопечные фройляйн Шварц отставали в росте и весе от детей из второго приюта.  Затем, как нельзя более удачно, как будто бы это все спланировали ученые, Фройляйн Грюн переехала за город и, по какой-то бюрократической причине, фройляйн Шварц перевели в другой приют. Скорость роста в ее бывшем учреждении быстро увеличилась; а у ее новых подопечных – упала.

И последний, самый неприятный пример. Если вы когда-нибудь начнете читать учебники по эндокринологии (что я крайне не рекомендую), вы рано или поздно наткнетесь на упоминание о Питере Пэне – может, на цитату, или презрительную ремарку о фее Динь-Динь. Я долго не мог понять причину этого феномена и наконец, в одном учебнике, наткнулся на объяснение.
Эта глава была посвящена регуляции роста у детей и способности сильного психологического стресса вызывать психологенную задержку роста. В пример приводился случай в некой английской семье викторианской эпохи. Один мальчик 13 лет, любимец матери, умирает от несчастного случая.  Мать, в отчаянии, горюет о погибшем в течении многих лет и перестает уделять внимание своему второму сыну, 6 лет. Происходят ужасающие сцены. Например, однажды мальчик входит в комнату к матери и та, при плохом освещении и расстроенных чувствах принимает его за умершего сына и спрашивает: «Дэвид, неужели это ты?», но потом осознает свою ошибку и разочарованно говорит: «а, это всего лишь ты». В редкие моменты, когда она общается с младшим сыном, она одержимо повторяет одну и ту же идею: ее единственное утешение в том, что Дэвид умер, пока еще был совершенством, ребенком, что он никогда не повзрослеет и не уйдет от своей матери. Младший брат, выросший в совершенном равнодушии (строгий отец, кажется, совершенно дистанцировался от семейных проблем), ухватывается за эту идею; если навсегда остаться ребенком, не вырасти, у него появится хоть какой-то шанс угодить своей матери, заслужить ее любовь. И хотя его семья преуспевала и он не испытывал недостатка в пище, он перестает расти. Став взрослым, он едва достиг 150 см в росте, а его брак оставался чистой формальностью. И потом в этой главе говориться, что мальчик стал автором популярнейшей детской книги – Питер Пэн. Персонажами многих произведений Дж. М. Барри становятся дети, которые так и не выросли, или те, кому повезло умереть в детстве, и потом навещать своих матерей в качестве призраков.
Tags: зебры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments